Анна Шафран: “Кровавый бизнес.” (14.03.26)
Вопрос о том, где проходит граница, за которой медицина превращается в циничный бизнес, в последнее время звучит всё чаще.
Особенно остро он стоит в сфере, где объектом коммерции становятся тела нерожденных детей. Речь уже не только о морали, но и о масштабной теневой индустрии, которая, как показывают факты, существует и процветает по всему миру, включая Россию.
В феврале этого года в Санкт-Петербурге вскрылась жуткая история: главный патологоанатом Александровской больницы вместе с сообщниками наладил торговлю частями тел из морга.
https://www.tvc.ru/news/336275
Биоматериалы передавались коммерческим структурам. Эти образцы использовались в косметологии, хирургии и стоматологии, а заведующий отделением получал за это «приработок» в размере не менее 500 тысяч рублей в месяц.
Но куда острее проблема использования человеческих органов стоит в индустрии абортов – и в нашей стране, и во всём мире.
Патриаршая комиссия по вопросам семьи предлагает полностью запретить проведение абортов в частных клиниках, где, по некоторым данным, сосредоточено до 75% этого бизнеса, а государственный контроль минимален.
https://tass.ru/obschestvo/22980545
Эксперты настаивают на тотальном контроле за утилизацией биоматериалов, чтобы пресечь любую возможность их коммерческого использования. Также предлагается провести тотальные проверки всех медучреждений, делающих аборты, на предмет их связей с производителями так называемой «фетальной косметики» и препаратов.
Надо понимать, что Россия здесь — не исключение, а часть глобальной проблемы.
Ещё в 2015 году американский «Центр за медицинский прогресс» опубликовал скандальную видеозапись, на которой сотрудники крупнейшей сети клиник «Planned Parenthood» цинично обсуждают детали использования частей тел абортированных младенцев для производства лекарств и косметики. Тогда же стали известны и конкретные расценки. Например, дистрибьюторская компания StemExpress, а вслед за ней и Caltag Medsystems, открыто предлагали фетальные клетки: 0,5 миллиона стволовых клеток печени плода человека стоили около 890 фунтов стерлингов (примерно 100 тысяч рублей). Спрос на этот «товар» огромен: в 2024 году были обнародованы письма, где Калифорнийский университет в Сан-Диего заказывает у «Planned Parenthood» 2500 шестимесячных плодов. А Национальный институт здравоохранения США только в 2014 году потратил на исследования с использованием фетальной ткани 76 миллионов долларов, выделяя гранты ведущим университетам.
На этом фоне трагедия в Саратове, где 34-летняя женщина пришла в частную клинику на «малоинвазивную операцию» и погибла в результате неудачного аборта, выглядит не просто врачебной ошибкой.
https://ria.ru/20260304/sk-2078596315.html
Это оборотная сторона медали индустрии, где нерожденный ребенок давно стал «абортивным материалом» с конкретной ценой в прейскуранте.
Каждый такой случай — напоминание о том, что вопрос стоит гораздо шире, чем статистика демографии. Речь о выборе пути: остаёмся ли мы обществом, где жизнь священна, или окончательно скатываемся в мир, где всё, включая тело только начавшего формироваться младенца, имеет лишь свою рыночную стоимость и разбирается на фракции для «уколов красоты» для богатых.
Источник: https://t.me/annashafran/16560
Вернуться к новостям